Чем отличается политика от геополитики?

Предмет геополитики

Современные споры о предметном поле геополитики во многом предопределены тем, что формирование геополитики происходило в середине XIX в. параллельно с развитием политической географии, что способствовало отождествлению этих наук. Однако, если соблюдать историческую точность, следует подчеркнуть: политическая география появилась на несколько десятилетий раньше геополитики, а ее основоположником был глава немецкой «органицистской школы» Ф. Ратцель (1844-1904), чей главный труд так и назывался — «Политическая география» (1897).

Для того чтобы разрешить продолжающийся по сей день научный спор по поводу того, чем отличается политическая география от геополитики, необходимо разобраться в предметном поле каждой из этих наук, что предполагает обращение к трудам самих основателей этих дисциплин. Так, Ратцель подчеркивал, что политическая география призвана изучать государства как живые организмы, «укорененные в почве». Он видел в государствах пространственные явления, управляемые и оживляемые этим пространством; описывать, сравнивать, измерять их должна география.

Для политической географии наиболее важными характеристиками государств являются размеры, местоположение и границы; далее следуют типы почвы вместе с растительностью, ирригация, соотношение с морями и незаселенными землями. Но создает страну не только география. Согласно Ратцелю, необходимо добавить к географическим факторам «все, что человек создал, все, связанные с землей воспоминания», только тогда географическое понятие превращается в духовную и эмоциональную связь жителей страны и их политической истории.

Так в рамках политической географии создавалась методология описания и исследования государств как пространственных организмов. Важное значение имело и то, что возникновение политической географии во многом было связано с завершением эпохи Великих географических открытий. Существовала реальная потребность в том, чтобы систематизировать и упорядочить большое количество новых географических и политических объектов в Старом и Новом Свете, создав тем самым новую политическую картину мира. Многие исследователи именно этим объясняют регистрирующий характер новой науки. К. Хаусхофер критически заметил, что политическая география гораздо больше удовлетворялась, хотя и не должна была удовлетворяться, чисто регистрирующей работой.

Сравнение терминов «геополитика» и «политическая география»

Следует обратить особое внимание на то, что введение в научный оборот термина «геополитика» произошло на 20 лет позже введения термина «политическая география» — в 1916 г., когда вышел в свет главный труд шведского ученого и политического деятеля Р. Челлена (1864-1922) «Государство как форма жизни». В его интерпретации геополитика — наука прежде всего политическая, часть политологии, ее основной раздел. Челлен так определил предмет геополитики: «Это — наука о государстве как географическом организме, воплощенном в пространстве» 1 . Особым образом была определена цель геополитики — осознание неизбежности территориального передела мира для развития государств, поскольку пространство уже разделенного мира можно отвоевать лишь силой оружия. Все это предопределило политические и военно-политические акценты новой науки.

Важно сравнить определение Челлена с дефиницией политической географии, данной Ратцелем. На первый взгляд чувствуется тесная взаимосвязь, общее направление мыслей обоих ученых. Челлен и не скрывал, что развивал свои геополитические идеи, отталкиваясь от работ Ратцеля, которого называл своим учителем. Однако, если посмотреть глубже, можно увидеть серьезные различия между политической географией и геополитикой: политическая география (будучи преимущественно географией) делает основной акцент на географических факторах, тогда как геополитика (будучи преимущественно политикой) концентрируется на политических процессах и объектах в пространстве.

Дальнейшее развитие геополитики позволило ученым впоследствии во многом дополнить и уточнить определение предметного поля своей науки. Известный немецкий геополитик К. Хаусхофер видел предмет геополитики как «взаимоотношения между окружающим человека пространством и политическими формами его жизни». В его интерпретации геополитика — географический разум государства, она имеет своей целью придание направления политической жизни в целом. Тем самым она выступает как искусство руководства практической политикой.

Представляют интерес размышления о предмете геополитики другого известного немецкого ученого — О. Мауля, который указывал на важные динамические аспекты этой науки. Согласно Маулю, предметом геополитики является государство не как статическая концепция, а как живое существо; она исследует преимущественно отношения государств в пространстве. Если политическая география изучает государство как явление природы, описывает его статически с точки зрения размера, формы или границ, то геополитика описывает его динамически — взвешивая и оценивая конкретную современную политическую ситуацию. С этой точки зрения геополитика обращена в будущее, тогда как политическая география связана с прошлым.

Важные отличия двух наук были отмечены современным американским ученым Л. Кристофом, который обратил внимание на то, что геополитика покрывает область, лежащую между политической наукой и политической географией: «Геополитика есть изучение политических явлений, во-первых, в их пространственном взаимоотношении и, во-вторых, в их отношении, зависимости и влиянии на Землю, а также на все те культурные факторы, которые составляют предмет человеческой географии в ее широком понимании». Кристоф придает особое значение этимологии самого слова «геополитика» — географическая политика, т.е. не география, а именно географически интерпретированная политика государств.

Политическая география и геополитика

Политическая география – это вид экономической и социальной географии, который граничит с политологией. Как самостоятельное научное направление, она возникла сравнительно недавно: в конце 19 – начале 20 столетия. Ее основателем считают немецкого географа Фридриха Ратцеля, который в 1897 году издал книгу под аналогичным названием. Его книга изначально подвергалась критике, потому что в ней звучал вывод о том, что захват сильным государством ослабленных и соседних является оправданным. Наиболее сильно она подвергалась гонениям, когда положениями из нее воспользовались фашисты для практических целей Рейха. Именно на идеях Ф. Ратцеля была сформирована геополитика, которая в СССР рассматривалась как орудие для завоевания территорий.

Что касается этого термина, он впервые был введен шведским ученым Р. Челленом. В Советском Союзе движение геополитической мысли находилось под строгим контролем государства, потому эта область знаний практически не развивалась.

На сегодняшний день это понятие трактуется как наука о территориальном различии политических явлений и процессов.

Таким образом, политическая география изучает:

  1. Создание мировой и региональной политической карты.
  2. Территориальное изменение политических границ.
  3. Специфику государственного устройства.
  4. Политические блоки, группы и партии.
  5. Избирательные компании с точки зрения их территориальных планов.

Все эти категории могут изучаться как на глобальном, так и на локальном уровнях.

Широкий интерес для исследователей представляет оценка геополитического положения отдельных государств, т.е. специфики их положения в отношении союзников и соседей. Политическая география имеет свойство изменяться во времени, потому ее считают исторической категорией.

Заметим, что эта наука имеет несколько основных направлений:

  1. Геополитика, в ведении которой является глобальная система.
  2. Географическое государствоведение.
  3. Региональная политология.
  4. Региональные элиты.

Политическая география и геополитика как ее структурный элемент всегда находятся под пристальным вниманием исследователей, которые занимаются анализом внутренней и внешней политики. Дело в том, что геополитика выражает линию поведения страны в отношении государственных границ. Она рассматривает взаимодействие страны с остальным державами, в частности, с соседями.

Читайте также  Чем отличается бытовая травма от производственной?

Если рассматривать времена Второй мировой войны и период «холодной войны», все концепции этого направления стремились проанализировать причины территориальных захватов, создание военных баз и оккупацию, а также военные и государственные вмешательства в устройство других стран. В некотором смысле современная геополитика также имеет подобную направленность, но ее специфика состоит в том, что большее внимание уже уделяется принципам международной безопасности.

Политическая география в настоящее время активно развивается как наука. В частности, если рассматривать геополитические ее особенности, их проявлением в современном мире является глобализация. Когда распался СССР, произошло разрушение существовавшего равновесия. Начинают преобладать тенденции установления порядка с помощью военных сил, причем мнение мирового сообщества и его представительского органа – ООН – не учитывается. В качестве ответной реакции на эти действия появляются антиглобалистские движения, которые быстро приобретают агрессивный характер.

В настоящее время политическая география развивается наряду с социальной. Однако это влечет за собой появление преступных организаций, экстремизма, феминизма и религий. Также очень интересными отраслями с точки зрения природы возникновения являются география культуры и сферы обслуживания.

Заметим, что политическая карта мира полностью отражает эпоху и происходящие в ней изменения. Однако наибольшие изменения она претерпела именно в 20 столетии, как отмечают исследователи.

Геополитика для чайников

В опросе про империи и нацгосударства на данный момент проголосовало только 6 человек, как я и предполагал в разговоре с Даней, около 90 процентов соотечественников не понимают разницы Национальное государство строить, или Империю. Хотя, надо отдать должное участникам сообщества ру-полит, связь типа государства с геополитикой видят вдвое больше людей, чем те, которые такого не обнаружили. Всё-таки сообщество ру-полит состоит из участников, которые как минимум политикой интересуются. Проведи опрос среди обывателей, те вообще затруднились бы с ответом, или выбрали бы ответ «по интуиции», и результат получился бы паритетным.
Но и среди Политического класса нашей страны, то есть тех, кто разбирается в политике, очень мало, кто разбирается в геополитике. Соотношение политики и геополитики примерно такое же, как математики и высшей математики: не всякий, учивший математику, понимает интегралы и прочие элементы высшей математики. Ниже я растолкую на пальцах, по-простому, что же такое геополитика.

Берём мой тезис:

Вся разница в том, следует ли государству заниматься геополитикой. «Да» – это империя. «Нет» – это национальное государство.

Тезис представляет собою обобщение, и поэтому, требуется привести конкретные примеры, чтобы стало понятно, что имеется в виду.

Геополитика – это такие действия Правительства, которые не возможно объяснить текущими интересами государства, поскольку они преследуют цели, выше текущих интересов данного государства. Примеры:

1. «Кормить Кавказ» – хватит, или не хватит?

С точки зрения Национального государства «кормить Кавказ» не нужно.

А что вместо этого?
Тут мнения националистов разделяются.

По логике одних националистов, русских, которые захотят вернуться в Россию, из Кавказа нужно вывезти. После чего весь Кавказ от России отрезать: дать кавказцам возможность провести референдумы об отсоединении от России, после чего установить границу, и пусть живут, как хотят.

По логике других националистов, из Кавказа нужно вывезти кавказцев, путём прекращения развития этих территорий. То есть, северный Кавказ, по их мнению, должен стать безлюдным. Помимо этого есть и экстремистская часть националистов, которая предлагает антиконституционные и насильственные методы того, как сделать северный Кавказ безлюдным.

В общем, проблема, которую пытаются решить националисты, заключается в том, что ментальность кавказских народов отличается от ментальности народов, живущих на русской равнине. Эта проблема проявляет себя в двух плоскостях: на северном Кавказе не удаётся наладить экономику из-за доминирования на этих территориях родоплеменных отношений, раз. С северного Кавказа на русскую равнину приезжают представители кавказских народов, некоторые из которых ведут себя по-хамски вызывающе, два.

В разжигании межэтнических конфликтов внутри России заинтересованы наши геополитические противники, прежде всего США. Поэтому, вопросом по своей ли глупости выходят некоторые с такими плакатами, или на это как-то влияет поток американских грантов – должны выяснять компетентные органы. Однако отметим, что наши геополитические противники используют все поводы для недовольства населения, а вот место, куда они бъют, показывает наличие нерешённых, пока что, проблем.

Имперский же подход к решению проблем Кавказа заключается в принятии специальной программы по ускоренной натурализации кавказских народов, и на этой основе – выравнивание экономического развития территорий России.
С точки зрения имперца никакой сдачи территории, особенно такой ценной с точки зрения геополитики, и быть не может. Консервация кавказской архаики, которая проводится нынешним либеральным Правительством Медведева, достойно осуждения, однако это всё же лучше, чем с подачи националистов получить там гражданскую войну, либо потерять территорию.

Кавказ является ценной с точки зрения геополитики территорией по той причине, что это, своего рода «узкие ворота» между Севером и Югом. Кто контролирует Кавказ, тот может контролировать обширные пространства, как на севере, так и на юге. Тот может осуществлять проекцию своей силы. При этом сам Кавказ территория убыточная.

2. «Крым – наш» или нет?

Крым, как и Кавказ, территория убыточная. Национальному государству такая территория без надобности, именно поэтому Украина – национальное государство с признаками несостоятельности, – её без боя и сдала.

С точки зрения националистов, ценность представляет только родственное население, а не убыточная территория. Но это население относительно легко может быть переселено на материк.

Крым, как и Кавказ, нужен только имперцам. Почему? Потому что и Крым, и Кавказ, имеют огромное военно-стратегическое значение. Крым – это наш непотопляемый авианосец. Отсюда мы можем проецировать свою силу не только на всё Чёрное море, но «доставать» и до Ближнего Востока.

Да, Крым убыточная территория. Но это плата за вход и членство в Клубе Мировых Держав. Кто не хочет быть в таком клубе – тому Крым и не нужен. Тому самое то безвиз и работа на польских плантациях.

Таким образом, вопрос о том, строить Национальное государство или Империю – это вопрос о том, тратить ли деньги на геополитику?

Строить Национальное государство означает деньги на геополитику не тратить, от убыточных территорий отказаться, никаких амбиций не иметь.

Строить Империю означает тратить деньги на геополитику, наращивать и проецировать свою силу на сопредельные территории, при случае прихватывать ценные с военно-стратегической точки зрения территории, иметь амбиции и быть равными с другими мировыми державами.

После всего этого разъяснения, прошу читателей пройти по ссылке к опросу про империи и нацгосударства, и проголосовать!

Геополитика – это, простыми словами

Во все времена политика преследует одни и те же цели. Меняются только обстоятельства и инструменты воздействия. Поэтому с течением времени политическая наука выделилась в полноценную дисциплину с многочисленными направлениями. Одним из них стала геополитика, которой в 21 веке уделяют повышенное внимание.

В той или иной мере геополитике уделяли внимание еще в античные времена. Но окончательное ее концепция сложилась на стыке 19 и 20 веков. В этот период было дано точное определение геополитики. Его сформулировал швед Рудольф Челлен, который находился под глубоким впечатлением от работ Фридриха Ратцеля, изучавшего и активно пропагандирующего концепт политической географии.

Геополитика: что это такое и зачем нужна

Геополитика как научная дисциплина в мире оценивается неоднозначно. Ее методология и основные инструменты длительное время находились в зачаточном состоянии. И лишь к концу 20 столетия этому направлению нашлось место среди академических наук.

Читайте также  Чем фазное напряжение отличается от линейного?

Понятие геополитики достаточно многогранное. И нередко в зависимости от потребностей времени ему дают новое звучание. Поэтому можно встретить разные трактовки термина. Знать их все необязательно – достаточно понимать суть этого направления. Геополитика – это, простыми словами, наука о распределении сфер влияния в контексте географического расположения субъектов. Ее основная задача заключается в определении механизмов, влияющих на внешнюю и внутреннюю политику государств, опираясь на их интересы, продиктованные территориальными признаками.

Свое название наука получила от двух греческих слов. В переводе на русский язык они означают «земля» и «государственные дела».

Геополитика изучает геополитическую структуру мира, состоящую из разнообразных территориальных шаблонов. Она ведет аналитику на нескольких уровнях:

  • географический;
  • исторический;
  • социологический.

Это позволяет создавать внешнеполитические модели, демонстрирующие сферу интересов как своего государства, так и других политических акторов.

Структура и методы

Принято выделять в геополитической науке несколько направлений:

  • традиционное – акцентирует внимание на военной мощи как на основном факторе захватнической политике стран;
  • геоэкономика – изучает экономическую составляющую;
  • новейшая – рассматривает ведущую роль духовной составляющей (религия, национальные установки, политический режим).

Если говорить простыми словами, то все перечисленные структурные направления представляют собой механизмы, предназначенные для присвоения одним государством территорий другого. Или упрочения своего влияния при фактическом сохранении территориального статуса кво.

Геополитическое воздействие: кратко об особенностях


Эффективные методы геополитики не меняются долгие годы. В список входят:

  • военный;
  • экономический;
  • информационный.

А вот составляющие воздействия в 21 веке существенно изменились. Военный потенциал во все времена являлся превалирующим перед другими инструментами, являя собой реальную мощь государства. Не теряет он актуальности и сейчас. Но мерой взаимодействия в новые времена является, скорее, демонстрация своей силы. Необязательно объявлять войну политическому субъекту, чтобы добиться поставленной цели.

Военную «карту» часто разыгрывают США. Они нарочито громко оповещают о своем потенциале и оказывают давление, ведя торговлю оружием по нужным направлениям или приостанавливая ее.

Экономический метод не менее популярен и действенен, чем предыдущий. Все страны мира вне зависимости от близости/удаленности друг от друга находятся в тесных торговых отношениях. На них выстраиваются и внутренние политические модули. Поэтому любое экономическое воздействие болезненно отзывается на разных отраслях и сегментах. И если между двумя торговыми партнерами прослеживается явная зависимость, более сильная сторона всегда сможет оказывать определенное давление.

Ярким примером экономического геополитического воздействия являются взаимоотношения США и России в последние 5-10 лет. Попеременно страны вводят в адрес друг друга экономические санкции, целью чего является добиться выполнения ряда условий. Подобным образом Штаты действуют и в сторону КНР, Евросоюза и стран Латинской Америки.

Информационное воздействие долгие годы занимало последние строчки в рейтинге геополитических методов. Но в 21 веке его значение начинает выходить на первый план, оттесняя другие привычные инструменты. И причина этому – расширение информационного поля и его доступность для любого желающего.

По своей сути информационное воздействие делится на 2 вида:

  • краткосрочное;
  • долгосрочное.

В первом случае речь может идти об информационном вбросе. Провокационная и заведомо ложная информация подается во всех источниках как новость. В ответ она вызывает массовую негативную реакцию мировой общественности или поддерживает искусственно созданный образ противника. Нередко целью вброса становятся оба варианта. Наибольший эффект такие информационные «бомбы» дают в интернете, вызывая многочисленные комментарии, дискуссии в группах и подстрекательство к несанкционированным митингам.

Долгосрочное информационное воздействие направлено на формирование и поддержание образа врага. В процессе могут быть использованы как ложные факты, так и настоящие, но поданные под нужным углом.

Геополитика – это популярный термин. Используется он повсеместно, а его значение для мировой истории трудно переоценить.

Геополитика и глобализм

Общность и различие в фундаментальных философских подходах

Мы привели несколько теорий, обосновывающих глобальность как явление, как философское понятие, позволяющих взглянуть на широкий спектр социологических, политических, экономических, стратегических, культурных и иных процессов с позиции глубинных принципов. Каждый из упомнутых авторов на свой лад трактует глобальность, мир, человечество, пространство, планетарность. Кто-то настроен критически, кто-то апологетически, но все они сходятся в том, что глобальность и, следовательно, глобализация и глобализм имеют под собой серьезное основание, коренящееся в бытии, в природе мира, общества, человека, истории.

Основными здесь являются такие понятия, как «глобальное целое», «планетарный горизонт», «глобальный город», «интуиция мира», «динамика игры». Можно ли применить геополитический анализ к этому уровню осмысления глобальных процессов (а также к их проектированию и практической реализации) ?

Мы полагаем, что можно. Но эта возможность не является само собой разумеющейся и требует от нас обращения к фундаментальным принципам самой геополитики.

Пять пунктов

Во-первых, ключевой посылкой геополитики явлется отношение к мировому пространству как к пространству качественному, в котором воплощены и природные, и социальные, и воображаемые, и проектируемые смыслы. И здесь остается только соотнести геополитическое понимание качественного пространства и его толкование в глобализме.

Во-вторых, геополитика по определению глобальна, т. е. отличается видением политических, стратегических, экономических и культурных процессов в планетарном масштабе. Следовательно, глобальный взгляд для геополитиков естественен.

В третьих, социологическое измерение геополитики заставляет ее обращать внимание, в первую очередь, на общество, его структуры, динамику, трансформации и поведение в пространственной среде. Глобализм предполагает трансформацию общества и появление его новой версии — глобального общества 15 . Геополитика вполне может поставить перед собой цель — исследовать отношение этого «глобального общества» к пространству.

В четвертых, сама геополитика традиционно оперирует термином «Большая Игра», рассматривая соперничество между собой мировых держав как сложный и многомерный исторический турнир, настолько захватывающий, что превосходит прагматику, рационализацию, осторожность и длится в течение многих поколений. Взглянув на это с философской точки зрения, невольно задаешься вопросом: а не является ли противостояние Суши и Моря, «великая война континентов», «Большая Игра» выражением какого-то невыясненного пока метафизического принципа — сродни максиме Геродота о том, что «вражда — отец вещей». Правда, геополитики перефразируют ее так: «Вражда Суши и Моря есть отец истории». Но тот же Гераклит учил об играющем ребенке. «Игра как образ мира» и «война как образ мира» — очень близкие друг другу образы. У Ойгена Финка есть трактат о человеческом насилии 16 , выстроенный на развитии интуиций Гераклита. То же самое относится и к Костасу Акселосу 17 .

В пятых, философская близость «войны» и «игры» тем не менее не должна затмевать собой их фундаментальных различий. Исследуя природу игры как основу человеческой культуры 18 , Й. Хейзинга подчеркивает, что агрессия, проявляемая в игре, имеет четко обозначенные границы: она остается в пространстве условности , по эту сторону баррикад, внутри одного и того же коллектива, внутри «своего». Хейзинга приводит примеры игры из животного мира: два щенка, играющие друг с другом, при всей схожести жестов, действий, поз, рычания и т. д. с настоящей битвой никогда не доходит до прокусывания друг другу уха: даже у зверей есть зачатки представления об «игре» (со своими) и «войне» (с чужими).

Читайте также  Чем отличаются арматуры а400 и а500?

На этом примере можно понять существенную, фундаментальную разницу между глобализмом и геополитикой : геополитика (по меньшей мере, классическая) мыслит мир дуально и, значит, «игра» для нее лишь эвфемизация «войны», другое имя «войны». Это принципиально и составляет сущность геополитики и ее метода. Для геополитики «целое» (totum) обязательно будет рассматриваться либо со стороны Суши, либо со стороны Моря, т. е. будет либо сухопутным, либо морским. То же самое касается мира, человека, общества, планеты, интеграции и т. д. Геополитика истолковывает все с присвоением вышеуказанного индекса. Если победит Море, то человечество станет жить по его законам, качественное пространство будет осмыслено в духе Карфагена, Венеции или Великобритании; по этой же модели будет строиться глобальное общество, таким же морским будет «блуждание» (вспомним «кочевников Моря» и «кочевников Суши» Макиндера) и т. д. Если победит Суша, то возникнет другое общество, другая глобальность, другой мир, другое человечество — это будет абсолютизация Рима, Спарты, Империи Чингисхана или Россий ­ ской Империи.

Целое и половина

Глобальное видение отличается от геополитического тем, что не признает базового дуализма, и даже войну трактует как игру, в противоречиях видит взаимодополнение, а в индивидуальных различиях — залог кооперации (В. Десан). Суша и Море для глобали­стов являются двумя сторонами «целого», и конфликт между ними есть частный случай множества других антагонистических пар: капитализм/социализм ; развитие/отсталость ; эгоизм/альтруизм ; интуиция/рассудок и т. д. Поэтому глобализм геополитикой прин­ципиально не интересуется, а если и интересуется, то лишь периферийно или прагматически.

Напротив, геополитический анализ глобализма весьма актуален и в современной ситуации является одной из приоритетных областей применения геополитической методологии.

Выше мы затронули самое главное, принципиальное различие двух подходов, их асимметрию, несводимую оппозицию методологий. Выявив этот принципиальный поворотный момент, мы можем уточнить, как именно относится геополитика к фундаментальным философским принципам глобализма.

Геополитика утверждает, что качественное пространство в истоках дуально, и поэтому его интеграция может быть осуществлена только как факт полной победы одного из начал и безоговорочной капитуляции другого. Это может произойти в глобальном масштабе (и происходит сегодня — в пользу цивилизации Моря, которая претендует на глобальность), но не может включить в себя антитезу, не уничтожив (не исключив) ее предварительно. Если после победы Моря в планетарном масштабе останется нечто, отдаленно напоминающее Сушу, это будет симулякр, декор или музей-заповедник (возможно, резервация). То же самое произойдет в случае победы Суши — «океан» сохранится в качестве «бассейна» или «озера ». У Суши и Моря разные онтологические корни, победа одного достигается через упразднение, ликвидацию, уничтожение другого .

Тот же дуализм сохраняется и при исследовании глобального общества. Геополитика сразу ставит принципиальный вопрос: какое общество берется за образец глобального общества, какие установки, ценности, принципы, пэттерны, идеологии, институции берутся в качестве нормативных? Если речь идет о производстве глобального пространства по капиталистическим (урбанистиче­ским) выкройкам и с высшей ценностью монетарной ликвидности, это будет «морское общество», «общество Карфагена», и именно этим будет определяться его социологический профиль, пусть в глобальном масштабе.

Любое целое — это всегда только половина , убежден геополитик и именно с таким философским подходом он принимается за анализ глобальных процессов. Геополитик заведомо не верит в totum, с которым оперируют глобалисты. Геополитик готов изучать глобальные процессы и глобальные теории, но лишь для того, чтобы вскрыть в них и продемонстрировать баланс соотношения глубинных геополитических сил, т. е. поместить их в общую хронику серии эпизодов в нескончаемой «великой войне континентов», являющейся «отцом вещей».

15 Дугин А . Г . Социология глобального общества // Однако . 2010. № 21 (37).

16 Fink E. Traktat ü ber die Gewalt des Menschen. Frankfurt am Mein:Klostermann, 1974.

17 Axelos K. H é raclite et la philosophie .

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: